Некоторые аспекты реформ П.А.Столыпина и С.Ю.Витте: опыт сравнительного анализа

Федоровских А.А.

УДК 9(с)1
ББК 63.3(2)533

В статье исследуются несколько аспектов, связанных с управлением процессом реформирования и которые указывают, с одной стороны, на важность фактора времени при проведении реформ, а с другой – на важность взаимоотношений и взаимодействий высших государственных деятелей, участвующих и управляющих процессом реформирования. А также проанализирована важность внутренней устойчивости и стабильности системы управления, при внешней и внутренней нестабильной среде.

Ключевые слова: взаимодействие государственных служащихвнешняя и внутренняя нестабильная средареформаторугрозы и риски реформфактор времени при реформировании.

Для изучения роли и значения реформаторов в политической истории государства российского начала ХХ века необходимо исследовать ряд важнейших аспектов, и первым в этом ряду – личностные качества реформатора и взаимо­отношения с другими государственными и политическими деятелями (особо выделяя психологический фактор). Индивидуальные качества реформатора как государственного деятеля, как политика проявляются в его выдержке, в его воле, в проницательности и терпении, в политической интуиции (что особенно важно), в  способности предвидеть, прогнозировать развитие событий. Петр Аркадьевич Столыпин предельно четко указал на это в своей речи о сооружении Амурской железной дороги, произнесенной в Государственной думе 31 марта 1908 года: «Большинство думский партий находит, что у правительства не было определенного политического плана, что им не руководила определенная государственная мысль, что не было той нравственной побудительной силы, которая толкала бы его на спешное энергичное приведение в действие этого предприятия. Правительство, по мнению наших противников, шло по инерции, по рутинному пути, по наклонной плоскости, оно совершенно бессмысленно следовало в прежнем направлении прежней нашей дальневосточной политики. Я же настаиваю на том, что правительство взвесило именно наше положение после дальневосточной войны, что правительство имело в виду мудрое изречение Екатерины Великой gouverner c`est prevoir, «управлять – значит предвидеть» [1, с. 120]. Поэтому для понимания логики действий реформаторов, того же П.А.Столыпина, необходимо обозначать, хотя бы некоторыми штрихами, психологические особенности персоны госу­дарственного деятеля-реформатора. Развернутые, подробные психологические характеристики (в жанре политического портрета) важны для более полного и точного понимания мотивов и особенностей целеполагания тем или иным политиком-реформатором. Особая значимость и важность данного подхода проявляется в изучении взаимоотношений таких политических и государственных деятелей как: Николай II и С.Ю.Витте, Николай II и П.А.Столыпин, С.Ю.Витте и П.А.Столыпин. Можно сделать вполне обоснованное предположение: нередко даже обычная психологическая совместимостьпри коллективной деятельности может оказаться существенным политическимфактором, влияющим на окончательный результат. Важно отметить: у императора Александра III было желание и умение находить общий язык с С.Ю.Витте, так же как и С.Ю.Витте вполне успешно согласовывал и реализовывал самые разнообразные ответственные политические и экономические проекты в царствование Александра III. Но как все решительно изменилось, когда на престол восшествовал Николай II. Российский император Николай II возможно и желал и хотел, особенно в начале своего царствования, сотрудничать с Витте, но позднее перестал находить взаимопонимание с С.Ю.Витте, хотя возвел последнего в графское достоинство и наградил орденом святого благоверного князя Александра Невского. «С.Ю.Витте никогда не упускал случая подчеркнуть свое высокое уважение к памяти Александра III, быть у которого министром он почитал за величайшее счастье. Если при этом подобало упомянуть Николая II, то он делал это скороговоркой и понизив голос: «…и царствующий ныне благочестивейший монарх». Слушатели сразу чувствовали разницу» [2, с. 466]. Выдающиеся таланты в сфере государственного управления С.Ю.Витте востребовались императором Николаем II только в чрезвычайных кризисных ситуациях, без всякой системы – от случая к случаю, и потому  вели только к кратковременному исправлению общей политической ситуации, и могли лишь на время отодвинуть надвигавшийся тяжкий и опасный кризис российской государственности.

Подобного рода проблемы во взаимоотношениях с Николаем II были и у Петра Аркадьевича Столыпина. Святослав Юрьевич Рыбас, автор одной из лучших биографий П.А.Столыпина (серия «Жизнь замечательных людей»), повествует об одном очень показательном случае. После успешного подавления революции 1905-1906 гг. Столыпин во время одного из докладов сообщил, что опасности больше нет и можно спокойно ездить по стране. Ответ Николая II поразил П.А.Столыпина: император заявил, что не понимает о какой революции говорит Столыпин, что были некоторые беспорядки, а не революция, да и беспорядков бы не было, если бы у власти были более энергичные и смелые люди. И далее С.Ю.Рыбас пишет: «Возвращаясь из Царского Села в Петербург, Столыпин с горечью говорил Герасимову о странной забывчивости Николая, не желавшего помнить о пережитых опасностях и о тяжелой работе, остановившей катастрофу. Он уже ощущал, что вместо революционного движения России начинает угрожать опасность справа, со стороны косного, омертвелого консерватизма» [3, с. 184]. Конечно, были определенные лица в окружении императора настроенные против Столыпина (и Витте), и, прежде всего, императрица Александра Федоровна, но в том то и состоит искусство государственного управления, чтобы уметь работать с одаренными, талантливыми, энергичными, неординарными государственными служащими, которые во многом и обеспечивают необходимые для развития страны результаты. Император Александр III умел понимать людей, поэтому выдвигал и опирался не только на преданных, но и талантливых и выдающихся государственных деятелей. 

Затронем еще один важный аспект, позволяющий более точно и полно понять особенности судьбы и деятельности реформаторов. В достаточно известном очерке, посвященном выдающемуся государственному деятелю России Сергею Юльевичу Витте, академик Евгений Викторович Тарле выделяет важнейшее качество, которое распределяет всех политиков на посредственных и выдающихся: «Интуиция, политический инстинкт Витте всегда были сильнее, чем его мысль, хотя и мысль его от природы была очень сильна. И именно инстинктом Витте понимал всю ошибочность и эфемерность национального самохвальства, окружавшего его в течение большей части его жизни, но особенно усилившегося с 1894 г., со времени вступления Николая II на престол» [4, с. 736]. Затем академик Е.В.Тарле формулирует основную причину, которая испортила взаимоотношения между императором Николаем II и Сергеем Юльевичем Витте и которая во многом загубила карьеру последнего – это вопрос об отношениях с Японией. Экспансионистская политика Российской империи на Дальнем востоке столкнулась с интересами набирающей мощь императорской Японии. И вопрос заключался в том, чтобы решить эти противоречия либо мирным путем, путем дипломатическим, путем переговоров, либо вступить в конфликт, который, по достаточно обоснованному прогнозу перейдет в острую фазу – в войну. С.Ю.Витте умел хорошо оценивать внутри и внешне политическую ситуацию, а также возможности и ресурсы Российского государства, и поэтому Витте четко понимал главную угрозу Российской империи:  «С точки зрения Витте России требовалось только одно – не ввязываться ни в какую войну. Нет ни одной потребности русского государства, которую нельзя было бы вполне удовлетворить, не прибегая к войне. Но России не только незачем воевать – ей и невозможно воевать. Именно тут и проявилась интуиция, так могущественно развитая в Витте, он мог там и сям обронить хвастливое, шовинистическое словцо, но всем нутром своим он понимал страшную опасность новых войн для всего бытия основанной Петром I петербургской империи» [4, с. 736]. Другой выдающийся государственный деятель-реформатор Петр Аркадьевич Столыпин неоднократно указывал на необходимость нескольких десятилетий спокойного развития России, после которых страна выходила на качественно иной уровень. На этом уровне потенциал Российской империи был бы столь огромен, что никакие внутренние и внешние угрозы не ставили бы под сомнение само существование империи.

Важно понять, прочувствовать, что узловым элементом благополучного политического развития государства является наличие на главнейшем государственном посту выдающейся личности – государственного деятеля, который не просто соответствует данному посту определенными характеристиками: высоким уровнем воспитания и образования, наличием опыта работы, и других; но в силу личных качеств – как врожденных, так и приобретенных – может справиться с вызовами, которые стоят перед государством на данном историческом этапе. Если такой личности нет, то это может оказаться роковым для государства и, как следствие, привести к катастрофе. Данный аспект очень хорошо проанализирован в очерке академика Е.В.Тарле «Граф С.Ю.Витте. Опыт характеристики внешней политики». Граф Сергей Юльевич Витте был одним из самых выдающихся государственных деятелей России конца XIX - начала XX века (и, конечно же, еще Петр Аркадьевич Столыпин). С.Ю.Витте сначала занимал важную государствен­ную должность министра финансов (в период царствования Александра III). Потом самый высший пост – председателя комитета министров (в период царствования Николая II). Витте сумел блестяще разрешить все поставленные лично перед ним сложнейшие задачи, причем как внутриполи­тического, так и внешнеполитического свойства: политический выход из революционных потрясений 1905-1907 гг. – манифест 17 октября; заключение приемлемого компромиссного мира с Японией после неудачной войны. Но анализируя царствование императора Николая II можно сделать достаточно обоснованный вывод: в силу непонимания большинством политических сил и государственных служащих Российской империи, и прежде всего императором Николаем II и его окружением, тех тяжелых вызовов, которые сотрясали страну, и, следовательно, непонимание и отвержение реформаторов, которые могли бы справиться с этими вызовами, С.Ю.Витте регулярно отстранялся от занимаемых государственных постов и в решающие (но внешне малозаметные, малоприметные) моменты находился вне актуальной политики. Например, в момент начала Первой Мировой войны. П.А.Столыпину не хватило времени для проведения всех необходимых реформ и роковой выстрел 01 сентября 1911 года в чем-то их замедлил, а в чем-то и остановил. Император Николай II не смог понять, оценить, почувствовать, как роль и значение С.Ю.Витте, так и роль П.А.Столыпина, что не позволило им спасти самого императора Николая II, спасти династию и Российскую империю. Академик Тарле писал о Витте: «Он хотел спасти, а ему только удалось несколько отсрочить гибель…» [4, с. 783]. Взаимоотношения: император Николай II – граф С.Ю.Витте и император Николай II – П.А.Столыпин не выстроились. С.Ю.Витте был отстранен от государственной деятельности, и после убийства другого выдающегося государственного деятеля-реформатора П.А.Столыпина это имело для Российской империи самые роковые последствия: никто не сумел остановить втягивание России в Первую Мировую войну, что привело, в итоге, к страшной катастрофе 1917 года.

Подчеркнем важность проанализированного выше аспекта: С.Ю.Витте (и П.А.Столыпин) именно поэтому был решительным противником участия России в любой войне. «Эта мысль Витте является характерной для всего его внешнеполитического воззрения. Все, что угодно, но только не воюйте, потому что вы не можете воевать и именно от войны погибнете; вы можете погибнуть и без войны, но при войне вы не можете не погибнуть. Вот как резюмируется вся его борьба против само­убийственной внешней политики абсолютистского строя» [5, с. 564].

Можно предположить, что Сергей Юльевич Витте оценивал своих помощников и оппонентов, а, главное, высшее лицо государства – императора Николая II – как лиц понимающих внутрипо­литическую и внешнеполитическую ситуацию, так же как и он, или, в крайнем случае, не хуже чем он сам. И если это так, то Витте ошибался. Узел межгосударственных и внутригосударственных противоречий, который возник в начале ХХ века, подавляющие большинство политических деятелей и государственных служащих всех стран Европы, включая Россию, оценивали одинаково ошибочно. Но понимания этой ошибочности своих суждений не было вплоть до 1917-1918 годов – кульминации катастрофы Первой Мировой войны. Поэтому возможный расчет С.Ю.Витте на то, что для решения сложнейших политических вопросов снова призовут его  (или поручат ему, поняв, наконец, что никто другой не справится) не оправдался. Все действия графа С.Ю.Витте на протяжении всей наличной государственной службы были не только политически оправданы, но политически грамотны, выгодны, эффективны: борьба за тарифы с Германией, восточно-китайская железная дорога, манифест 17 октября, мирный договор с Японией, гигантский заем, полученный в Париже в 1906 году. Императору Николаю II нужно было только соблюсти одно условие: дальнейшая разработка и реализация политических решений должна также быть выполнена С.Ю.Витте или личностью уровня Витте. Такой личностью был только П.А.Столыпин и после его убийства в 1911 году политические риски, следующие один за другим, сначала привели к катастрофе 1914 года – участию в I Мировой войне, а потом, как неизбежному следствию – государственному перевороту в феврале, а затем в октябре 1917 года, спровоцированной революции, падению императорской России, гражданской войне и террору.

Выдающийся российский историк К.Ф.Шацилло в предисловии к книге речей П.А.Столыпина делает следующий вывод: «Царь был крайне слабовольным человеком и, как часто случается с подобными людьми, столь же упрямым. Николай II не терпел в своем окружении ни людей с твердым характером, ни тех, кто превосходил его умом и широтой кругозора. Он считал, что подобные лица «узурпируют» его власть, «оттирают» самодержца на второй план, «насилуют» его волю. Именно поэтому не пришелся ко двору С.Ю.Витте, а теперь наступала очередь второго по величине после Витте государственного деятеля России начала ХХ века – П.А.Столыпина. Реформы, задуманные им (преобразование местного самоуправления, государственное страхование рабочих, введение всеобщего начального образования, законодательство о старообрядческих общинах, введение земства в западных губерниях и т.д.), не грозили устоям самодержавия, но революция была побеждена и, как считали Николай II и его подсказчики из Совета объединенного дворянства, побеждена навсегда, а посему никаких реформ не требовалось вообще.» [6, с. 14] С данным выводом остается только полностью согласиться.

И еще один важный аспект, на который следует обратить особое внимание: и С.Ю.Витте и П.А.Столыпин понимали важнейшее, и даже можно утверждать – решающее, значение фактора времени при проведении реформ. Необходимые, более того – назревшие реформы невозможно осуществить за небольшой (несколько лет) промежуток времени. Требуются десятилетия упорного тяжелого труда: последовательная и неуклонная государственная политика, иногда в силу обстоятельств противоречивая и малоэффективная; преодоление сопротивления части государственного аппарата, причем на всех уровнях управления и на некотором этапе даже с ростом этого сопротивления, а также некоторых социальных групп и слоев; понимание, что в начале и середине процесса реформирования общее состояние социума ухудшится и требуется время для того, чтобы реформы заработали (при условии адекватности и востребованности данных реформ). С.Ю.Рыбас достаточно точно и полно описывает представленные выше принципы (и ряд других), а также опасности и риски с ними связанные, применительно к реформам, которые проводил П.А.Столыпин [3, с. 252-253]. Эти принципы – приложение выводов математической теории катастроф к методам управления поли­тическими и социально-экономическими процессами – были сформулированы в книге академика Владимира Игоревича Арнольда «Теория катастроф» [7, с. 101]. Но С.Ю.Рыбас представляет и дополнительные выводы, которые опираются, в том числе и на принципы математической теории катастроф: «Из трагической судьбы Реформатора можно сделать следующие выводы: угроза реформаторам исходит из элитарных кругов; результаты реформ сами реформаторы редко могут увидеть, сохранив роль лидера; реформы необходимо проводить максимально быстро, опираясь на исторический опыт» [3, с. 252-253]. Эти выводы подтверждают положения статьи, а последний вывод можно соотнести с тем аспектом, который анализируется – необычайная важность фактора времени для успешной реализации реформ.

Опыт проведения реформ в России (XX-XXI вв.), в том числе и опыт П.А.Столыпина, и опыт С.Ю.Витте, показывает нам: как опасны незавершенные, но необходимые реформы; что требуется достаточно длительный период времени (несколько десятилетий) для их успеха; как опасно ввязываться во внешние войны и конфликты при внутренней нестабильности и неустойчивости, вызванной реформами; как необходима поддержка на высшем уровне управления реформаторским усилиям.

Литература

  1. Столыпин П.А. Нам нужна Великая Россия…: Полн. собр. речей в Государственной думе и Государственном совете. 1906-1911 гг. / Предисл. К.Ф.Шацилло; Сост., коммент. Ю.Б.Фельштинского. М.: Мол. гвардия, 1991. 411[5] с.
  2. Ильин С.В. Витте / Сергей Ильин. 2-е изд., испр. М.: Молодая гвардия, 2012. 511 [1] с.
  3. Рыбас С.Ю. Столыпин / Святослав Рыбас. 3-е изд. М.: Молодая гвардия, 2009. 421 [11] с.
  4. Тарле Е.В. ПОЛИТИКА: История территориальных захватов. XV – XX века: Сочинения. М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001.  800 с.
  5. Тарле Е.В. академик. Граф С.Ю.Витте. Опыт характеристики внешней политики // Сочинения в двенадцати томах. Т. V. М.: Издательство Академии наук СССР, 1958. 596 с.
  6. Шацилло К.Ф. Предисловие // Столыпин П.А. Нам нужна Великая Россия…: Полн. собр. речей в Государственной думе и Государственном совете. 1906-1911 гг. / Предисл. К.Ф.Шацилло; Сост., коммент. Ю.Б.Фельштинского. М.: Мол. гвардия, 1991. 411[5] с.
  7. Арнольд В.И. Теория катастроф. 3-е изд., доп. М.: Наука. Гл. ред. физ.-мат. лит., 1990.  128 с.

Bibliography

  1. Stolypin P.A. We need great Russia…: Complete collection of performances in the State Duma and State Council. 1906-1911. / Introduction K.F. Shatsillo; Comp., comment. Yu.V. Felshtinskiy. М.: Molodaya gvardiya, 1991. 411[5] p.
  2. Ilyin S.V., Vtte / Sergey Ilyin. The 2nd edition., corrected. М.: Molodaya gvardiya, 2012. 511 [1] p.
  3. Ribas S.Yu. Stolypin / Svyatoslav Ribas. The 3d edition. М.: Molodaya gvardiya, 2009. 421 [11] p.
  4. Tarle E.V. POLITICS: History of territorial seizures. XV – XX cc.: Essays. М.: Published by ECSMO-Press, 2001.  800 p.
  5. Tarle E.V. academician. Count S.Yu. Vitte. Experience of characterizing wxternal policy // Essays in 20 volumes. Т. V. М.: Published by the Academy of sciences USSR, 1958. 596 p.
  6. Shtsillo K.F. Introduction // Stolypin P.A. We need great Russia…: Complete collection of performances in the State Duma and State Council. 1906-1911. / Introduction K.F. Shatsillo; Comp., comment. Yu.V. Felshtinskiy. М.: Molodaya gvardiya, 1991. 411[5] p.
  7. Arnold V.I. Theory of catastrophes. The 3d edition, added. М.: Nauka. Chief Editor physics and mathematics literature, 1990.  128 p.

Fedorovskikh A.A.

Certain aspects of P.A. Stolypin and S.Yu. Vitte’s reforms: experience of comparative analysis

The author of the article researches several aspects connected with the control of reformation process. Those aspects point out both the importance of time limit factor in carrying out reforms and interrelationship and interaction of governmental leaders participating and controlling the reformation process. The author also analyses the importance of internal stability and stability of the management system under non-stable internal and external environment.

Key words: relationship of civil servantsnon-stable internal and external environmentreformerdangers and risks of reformstime limit factor in carrying out reforms.
  • Политические и исторические науки


Яндекс.Метрика